Battle Forum - Фильмы по книгам Стругацких

Battle Forum (http://battlefox.rooty.ru/index.php)

- Киноклуб (http://battlefox.rooty.ru/forumdisplay.php?f=97)

- - Фильмы по книгам Стругацких (http://battlefox.rooty.ru/showthread.php?t=700)

Фильмы по книгам Стругацких

На киностудии «Ленфильм» режиссёр Алексей Герман закончил 6-летнюю работу над фильмом «Трудно быть Богом» по повести братьев Стругацких, сообщает "КП".
За это время съемочный процесс оброс легендами, исполнитель главной роли Леонид Ярмольник чуть не отказался от участия в съёмках, а пресса стала выражать сомнения в том, что картина вообще когда-нибудь будет снята. И вот, наконец, сам Герман объявил о том, что съёмки завершаются. В последний съёмочный день сняли одну из первых сцен фильма.

Начались съёмки в Чехии весной 2000 года. Средневековую натуру нашли и недалеко от Петербурга в Выборге. Всё остальное — построили в павильонах Ленфильма. Нынешняя сцена разворачивается внутри перевёрнутой баржи. Объект «пыточная», где ещё три месяца назад были сняты самые жуткие кадры картины, не стали разбирать до последнего дня из суеверия.

P.S. Напомним, на днях стало известно, что фильм по другой повести Стругацких — «Пикник на обочине» — собирается снимать Columbia Pictures.

Цитата:

Как сообщило издание Variety, кинокомпания Columbia Pictures планирует экранизировать знаменитую повесть братьев Стругацких «Пикник на обочине». Фильм будет поставлен в жанре футуристической криминальной драмы (каковым, в сущности, и является литературный оригинал сюжета), не стараясь отсылать зрителя к экзистенциальной драме Андрея Тарковского «Сталкер». Как и у Стругацких, после посещения инопланетянами Земли на планете осталась Зона, полная неведомых опасностей, но богатая загадочными артефактами чужой цивилизации, за которыми начинается охота.

Продюсировать проект будет Нейл Моритц, за плечами которого такие проекты как американская версия «Опасных связей», многочисленные экшн-триллеры категории А — «Три икса», «Крутящий момент», «Форсаж», футуристический техно-боевик «Стэлc». Режиссёром проекта назначен Дэвид Якобсон, за плечами которого маньяк-байопик «Дамер» ("Dahmer", в России не прокатывался) и прошедшая у нас весной этого года романтическая драма «Это случилось в долине», заслужившая более чем благожелательную критику.

P.P.S. Ищу любые кадры со съемок этого фильма.:)

Цитата:

Сообщение от iva

Напомним, на днях стало известно, что фильм по другой повести Стругацких — «Пикник на обочине» — собирается снимать Columbia Pictures.

Это случайно не "Сталкер" ну или про них?

Цитата:

Сообщение от Hellsing

Это случайно не "Сталкер" ну или про них?

Фильм "Сталкер" снят по книге Стругацких "Пикник на обочине".

iva,
Да,да, да. Я просто нетак выразился.

Все труднее быть богом
Известный писатель стал первым зрителем фильма Алексея Германа "Трудно быть богом". Впечатление ошеломительное

Новый фильм Алексея Германа затрудняюсь, с чем бы сравнить. Так ошеломляюще Герман еще не воздействовал, так сильно не снимал. Ощущение мощи. Помню и понимаю, что он - автор "Лапшина" и "Хрусталева", но все же. "Лапшин", пожалуй, тоньше, "Хрусталев" - многослойнее. Нынешний Герман - именно мощнее. Чувствую свою беспомощность в подборе слов, но можно ли отрецензировать землетрясение? Хороша попытка - обзор грозы. Вот если и возникают сопоставления, то с чем-то природным, стихийным. При этом Герман ни на секунду не утратил вкус к детали, к многофигурной живописи: каждый кадр можно вставлять в раму и вывешивать рядом с Брейгелем и Босхом.

Речь о фильме, который Герман уже пять лет снимает по повести братьев Стругацких "Трудно быть богом". Напомню сюжет одной из самых важных шестидесятнических книг, давшей модель поведения целому поколению, и не одному, наверное.

На погруженной в глухое средневековье планете находятся наблюдатели-земляне, которые пытаются бережно подправлять ход событий, не нарушая логическое развитие истории. Главный герой - Румата, межпланетный Штирлиц, - осознавая свою задачу сохранения нейтралитета, тем не менее не выдерживает, когда на планете захватывает власть "черное братство", свергнувшее господство "серых", тоже отвратительных, но хоть не столь кровавых. Румата берется за меч, чтобы покарать злодеев, и тем нарушает правила и закономерности, вмешиваясь в чужой исторический процесс.

Герман уже делал попытку снять такое кино 36 лет назад. И даже получил разрешение - в августе 1968 года. 21 августа "серо-черное братство" ввело танки в Чехословакию, и вопрос о съемках отпал сам собой. Чтобы уж все представало по-киношному, добавлю, что сейчас натура снималась в Чехии, а сценарий написан заново, в соавторстве с женой, Светланой Кармалитой, с которой Герман познакомился как раз в августе 68-го. Кольцо замкнулось, кино идет.

Снято процентов восемьдесят фильма. Еще нет нескольких важных сцен, еще впереди озвучание, всегда кропотливо долгое у Германа. Но готовый объем таков, что уже вполне можно судить. Я посмотрел весь, на киножаргоне, материал, впервые для этого случая выстроенный в правильном порядке, - около двух часов.

Складывается добрая традиция, как принято было говорить в те времена, которые все чаще вспоминаются сегодня. В июне 97-го в "Московских новостях" я рассказывал, как здесь же, на "Ленфильме", был первым, кому Германы показали рабочую копию "Хрусталева". То есть показывала одна Светлана, Алексей на это время уехал подальше, в Репино, и там ждал звонка жены. Когда включился свет, Светлана даже спрашивать ничего не стала - все было ясно по выражению лица - и пошла звонить. Сейчас ситуация повторилась, за тем исключением, что Герман уезжать в Репино не стал, ждать остался дома на Кронверкском, за углом от студии: то ли за годы стал закаленнее, то ли ленивее - чего там ездить.

Главное: повторился сильнейший германовский удар по всему воспринимающему аппарату - так это, кажется, называется. Его кино снова потрясает, только по-другому.

На хлопушке написано: "Трудно быть богом". В подзаголовке фильма Алексея Германа тоже будет значиться название знаменитой повести братьев Стругацких - вероятно, "по мотивам...". Так оно и есть: картина - не экранизация. Название тоже будет другим. Нынешний вариант, еще не окончательный - "Что сказал табачник". Это Муга, слуга Руматы, все время пытается сослаться на местный авторитет: "Один табачник, очень-очень умный человек, как-то сказал..." Остается неизвестным, что ж такого умного подсказал умный табачник, но другой надежды все равно нет.

В книге, заставляя Румату взяться за оружие, братья Стругацкие обозначали два главных положения. Хоть и "возьмемся за руки, друзья", но берись или не берись, отвечать всегда за все будешь только сам. Второе - общественно более важное: с этими "серыми" (тем более с "черными") по-хорошему и вообще по какому угодно ничего не выходит.

Надо вспомнить, насколько могущественными властителями дум были Стругацкие, чтобы осознать, что те, кто считался и был русской интеллигенцией, прислушались. Каждая страна и каждый народ должны пройти свой исторический путь. Браться за меч - самоубийственно, договариваться - безнадежно. Будем ждать, честно руководствуясь лагерным правилом (которое фарсово преобразилось сейчас в припеве двух игривых девчушек): "Не верь, не бойся, не проси". Во второй половине 80-х такая социальная психология обернулась полной неготовностью к переменам, упавшим сверху, - словно и вправду, как в фантастическом романе, пришельцы занесли.

Нельзя возлагать на литературу ответственность за историю, как это яростно и красноречиво делал Василий Розанов, обвиняя русскую словесность в том, что довела государство до распада и народ до революции. Но если есть в мире страна, где такой вопрос правомерно хотя бы поставить, - это Россия. Во всяком случае в 60-е, за неимением гражданской жизни, социальные образцы черпались в словесности.

"Это картина про нас", - говорит Герман, что правда. Так он, Герман, чувствует, понимает и показывает. Перед нами трагедия. Полный крах всего. Можно только догадываться, какое ощущение краха переживает сам режиссер и кто стоит за образом Руматы. В фильме его несколько раз называют рыжим, хотя картина черно-белая. Кто это такой рыжий, который всеми ощущается чужаком и вызывает подозрение и ненависть? Как это теперь называется - кризис российского либерализма? Когда провозглашается, что не выходит пойти по проторенной дороге мировой цивилизации, а раз не выходит, то и не нужно; когда с важностью снова заводится старый разговор об особом пути.

На съемках в чешском замке Точник четыре года назад мы беседовали с Германом об этом. Он говорил: "Оказалось, трудно быть богом, да еще гораздо актуальнее, чем тогда. Богом быть невозможно трудно. Ничего не получилось у Ельцина. Я убежден, что он не был таким дурным человеком, как рассказывают. Ничего не получится ни у какого Явлинского. Почти невозможное дело быть богом, и что ты с этим сделаешь? Все поворачивается поперек, кровью, какой-то глупостью. Ничего не остается, кроме того, что взять мечи и начать рубить головы. У нас в финале есть фраза, что у этих страшных монахов, которые высадились, вырезали, повесили, посадили на кол все, что можно, - у них все получается, понимаешь? Те порт не могли построить. А эти построили. Колы понаставили, но порт построили". Я возражал: "Ну это же неправда". - "Как неправда?" - "Да те, которые вбивают колы, они ведь сваи не вобьют и порт построить не могут. Это же только кажется, что за ними порядок, а они на деле в лучшем случае баллистическую ракету установят или методом Левши автомат Калашникова соорудят. А вот чтобы дороги, обувную промышленность, кинопрокат, железнодорожный транспорт - это нет". - "На первом этапе получается, вот как у Гитлера". - "Ага, или Беломорканал". - "Беломорканал действительно получился дико глупый. Ты знаешь, там нельзя было корабли протащить, их тянули людской силой".

Разговор шел четыре года назад. Тогда еще финал картины был таким же, как в повести Стругацких.

Начало конца и сейчас то же. "Румата наконец выдрал меч, обернулся, лицо было как прорезано струйками крови. И это было счастливое лицо. Потом он отвернулся, белая рубаха появилась на фоне черных балахонов, и он рубанул двумя мечами накрест и шагнул вперед". Так написано в сценарии, эта сцена почти так и снята. Добавлено, как Румата молится: "Господи, если ты есть, останови меня". Видимо, того, к кому он обращается, все-таки нет - на этой планете или в этой картине, - и герой становится убийцей.

В книге Румата возвращается на Землю, его срыв понятен начальству и друзьям, предстоит курс психологической реабилитации в домашних условиях. В фильме он продолжает бессмысленную борьбу. "Ну что же, вперед, мое войско", - говорит Румата, и ничтожная группка, в которой выделяются два баскетбольного роста бойца, отправляется неизвестно куда. Вернее, известно. Если у Стругацких планета остается на произвол своей исторической судьбы, но хотя бы главный герой жив, то Герман всех отправляет на явную гибель.

Когда сидели в рабочей комнате режиссера на студии, исполнитель главной роли Леонид Ярмольник рассказал, усмехнувшись, что недавно в прессе Германа назвали "северный Феллини". Герман усмехаться не стал: надо думать, любого киношника устроит такое сравнение, с любым эпитетом. Хотя само по себе сопоставление не более плодотворное, чем "Северная Венеция". При некотором сходстве в плотности кадра и особенно в выборе лиц, уж очень разительно мировоззренческое отличие одного от другого. У Феллини в самых отчаянных картинах появляется какая-нибудь большеглазая девочка в белом платьице, хоть на заднем плане. Германовский мальчик со смышленым милым лицом скачет среди горы тел, нарубленных Руматой, срезая у мертвецов кошельки.

Просвета нет ни в чем и ни в ком. Мудрец Будах, которого, рискуя жизнью, Румата спасает от смерти и вызволяет из тюрьмы, оказывается полууголовным элементом, похожим на мерзких деклассантов из "Хрусталева". Кроме того, герой зря так старался: Будаху, по сути, ничто не грозит, он нужен любому режиму, потому что умеет готовить яды - владеет хорошим ремеслом, которое всегда в спросе. Герман по-германовски строит сцену ключевого разговора Руматы и Будаха. Мудрец никак не может помочиться - с почками что-то после тюрьмы. Поэтому он отвечает невпопад, потеет и думает не о судьбах страны. Слуга нажимает ему на живот, процесс пошел, и тут Будах в первый раз говорит умную вещь: "Сдуй нас или оставь нас в нашем гниении". Румата отвечает: "Сердце мое полно жалости, я не могу этого сделать".

У Германа все сцены до жути убедительны. Впервые взявшись за фантастический сюжет, он делает его настолько реальным, что в эту действительность перемещаешься весь. Я видел чешский замок Точник до прихода туда Германа и при нем. До был музей, при - живые темные века, где брейгелевские типажи расторопно топят в нужнике книгочея, крутятся пыточные колеса, ветерок раскачивает гроздья повешенных и ливень из машины на крепостной стене размывает и размывает завозимую и завозимую на самосвалах грязь.

Как всегда у этого режиссера, погружение полное - оттого, что выверено каждое движение, неточностей нет. Можно даже приблизительно понять, какой ценой это дается. На "Ленфильме" я посидел на обсуждении снятого накануне эпизода. О десяти секундах экранного времени говорили полтора часа, решили, что вон тот мальчишка руки пусть складывает, как складывал, но поднимает сантиметров на пять выше, и отправились переснимать.

Мы с Ярмольником, в пересъемке не занятом, пошли в ленфильмовский буфет. К столику подсел Александр Лыков (из "Ментов") поговорить с коллегой. Лыков был первым, кого Герман намечал на роль Руматы, но произошла какая-то неувязка со сроками и договоренностями, за это время появился Ярмольник, который на пробах победил конкурентов. Когда Лыков отошел, Леня сказал: "Первые два года он говорил, как мне завидует, потом поменялись". Я обратил внимание на очень спокойную интонацию, вообще на то, что Ярмольник перестал шутить о германовском долгострое. Вернее, шутит, но почти автоматически, без энтузиазма, как рассказывают старый анекдот, просто потому, что он хороший и к месту. Ярмольник человек умный, знает, что за долготерпение ему воздастся - ни больше ни меньше историей кино.

Зимой в Москве прошла премьера картины Валерия Тодоровского, в которой все хорошо (кроме названия "Мой сводный брат Франкенштейн"), и, может, лучше всего - Ярмольник. То, что он к этому времени уже четыре года работал с Германом, даром не прошло. И в роли Руматы он лаконичен и выразителен, достигая высших пиков актерства: когда человек просто, без слов, без жестов, без мимики, глядит на тебя, и тебе становится по-настоящему страшно.

Удивительное ощущение испытываешь, хорошо зная литературную основу фильма: это же братья Стругацкие, знаменитая книга "Трудно быть богом". Возникает опасность оказаться в ловушке. Предполагаю, что в такую ловушку могут попасть многочисленные поклонники Стругацких, которые придут смотреть фильм Германа. Канва соблюдена, даже не канва, а сюжет сохранен - все основные герои, главные эпизоды. Но то, что картина снимается на четыре десятилетия позже, чем писалась книга, - фактор определяющий. Книгу сочиняли авторы, опасавшиеся крушения последних иллюзий, предупреждавшие: "Там, где правят "серые", к власти всегда приходят "черные". Фильм снимает автор, у которого решительно никаких иллюзий не осталось.

"Это картина про нас", - говорит Герман. На экране - условное средневековье. В рамках фильма оно стилистически едино и цельно, но каких-либо исторических соответствий в костюмах и декорациях искать не надо. Все точно и достоверно, как во сне. Сновидческая природа кино, всегда явленная у Германа, отчетливо проступает здесь тоже. Не знаю, сознательно ли режиссер обозначил некую преемственность, выбрав на роль барона Пампы - самого симпатичного персонажа книги и фильма - Юрия Цурилло, того самого, который сыграл главного героя в картине "Хрусталев, машину". Пампу, как и того генерала, терзают в застенке. Но не в Пампе дело, дело в Германе, который всегда - будь то в застольной беседе, в газетной статье или на съемочной площадке - способен высказываться только о том, что происходит с его страной и его народом. Выступать в своем отдельном жанре, который называется "Сны Алексея Германа о России".
Петр Вайль
Кадры из фильма :
Вложение 18452 Вложение 18453 Вложение 18454
Вложение 18456 Вложение 18457 Вложение 18458
взято с http://www.mn.ru

Рабочий момент

Точнее перекур :)

Вложение 20852

Оффтоп

Оффтоп

хоть убейте не могу представить Румату в исполнении Ярмольника. Не складывается образ и все тут :(

Бондарчук снимает сейчас “Обитаемый остров” по Стругацким. В одной из “главных” ролей “всеми любимый” Г. Куценко. Официальный сайт фильма http://www.oostrov.ru/.
Здесь можно слить ролик про этот фильм - http://files.kinoros.ru/films/film00...rov_tiz1_b.avi Сорри, что не слил сам, ибо анлима нема.

Оригинальное название: Сталкер
Русское название: Сталкер
Жанр: Фантастика
Год выхода: 1979
Режиссер: Андрей Тарковский
В ролях: Александр Кайдановский, Алиса Фрейндлих, Анатолий Солоницын, Николай Гринько, Наташа Абрамова, Faime Jurno, Е. Костин, Р. Ренди, Олег Федоров

Спойлер

О фильме: Фильм "Сталкер" снял по мотивам повести братьев Стругацких "Пикник на обочине" режиссер Андрей Тарковский. Действие происходит в некой запретной Зоне, где, по слухам, существуеткомната, где исполняются самые заветные желания. К этой комнате отправляются модный Писатель и авторитетный Профессор - каждый по своим причинам, о которых предпочитает не говорить. А ведет их туда Сталкер - проводник по Зоне - то ли юродивый, то ли апостол новой веры...

Размер: 1.37 GB 1,468,581,888 bytes
Длина видео: 02:34:56
Формат: XVid
Качество: DVD-Rip
Видео: 811 kb/s 512x384
Звук: ac3 (0x2000) Dolby Laboratories, Inc 448 kb/s (6 ch) CBR
Перевод: Оригинал

Спойлер

* Полная рестaврация избражения и звука. Премия "Лукино Висконти" режиссеру Андрею Тарковскому в конкурсе "Давид" Донатело" в Италии, 1980. Специальная премия жюри (Интерфильм и ОСИК) на МКФ в Каннах, 1980. Приз ФИПРЕССИ на МКФ в Каннах, 1980. Специальная премия экуменического жюри для внеконкурсного фильма на МКФ в Каннах,1980.

Скрытый текст
Вы должны войти под своим логином или зарегистрироваться и иметь 25 сообщение(ий)

Правила форума | Регистрация на форуме

Предупреждение: увидев этот блок скрытого текста, не стоит сразу бросаться набивать бессмысленные сообщения. Освойтесь на форуме, проникнитесь его атмосферой и пишите, если Вам действительно есть, что сказать. Если Модератор решит, что Вы набиваете сообщения, он удалит их все, а Вам выдаст либо предупреждение, либо сразу заблокирует Ваш аккаунт.

эх... если бы на медии он оказался или на баттле, на диск не пускает...

media stalker
лежит там уже 100 лет
еще там есть солярис
Солярис

Жанр: фантастика

Производство: СССР, 1972

Режиссер: Андрей Тарковский

Сценарий: Фридрих Горенштейн, Андрей Тарковский

Композитор: Эдуард Артемьев

В ролях: Донатас Банионис, Наталья Бондарчук, Юри Ярвет, Владислав Дворжецкий, Николай Гринько, Анатолий Солоницын , Сос Саркисян, Тамара Огородникова, Георгий Тейх, Ольга Барнет, Александр Мишарин

Время: 2:49

Видео: хорошее качество, 640x288

Звук: 44,1 kHz, 131 kbps, Stereo

О фильме:

На борту затерянной космической станции, движущейся по орбите загадочной планеты Солярис, происходит нечто необъяснимое. Члены экипажа становятся свидетелями пугающих галлюцинаций, которые являются им в виде призраков из прошлого. И когда психиатр Крис Кельвин прибывает на станцию для выяснения обстоятельств, он сталкивается с силой, стоящей за гранью понимания, силой, которая хранит в себе ключ к самым смелым мечтам человечества, или к его самым страшным кошмарам...

А.Тарковский: "Главный смысл фильма я вижу в его нравственной проблематике. Проникновение в сокровенные тайны природы должно находиться в неразрывной связи с прогрессом нравственным. Сделав шаг на новую ступень познания, необходимо другую ногу поставить на новую нравственную ступень… Я хотел бы доказать своей картиной, что проблема нравственной стойкости, нравственной чистоты пронизывает все наше существование, проявляясь даже в таких областях, которые на первый взгляд не связаны с моралью, например, проникновение в космос, изучение объективного мира и т.д."

Фильм был удостоен Большого специального приза на Международном Каннском кинофестивале 1972 года, приза на XXVIII Международном кинофестивале в Карловых Варах 1972 года и премии за лучшее исполнение женской роли (Наталья Бондарчук) на IX международном кинофестивале в Панаме 1973 года.

солярси медия
неужели так сложно посмотреть на наших фтп перед тем как выкладывать старые фильмы?

Да. Мысли в слух. Для 1979 года фильм СТАЛКЕР снятый Тарковским был из ряда вон выходящим. Я считаю, что Тарковский показал нечто новое в жанре интеллектуальных и психологических фильмов. Фильм в некоторой степени угнетает и в нем есть нечто непохожее на все остальные картины того времени. Даже сейчас идея СТАЛКЕРА достаточно популярна и жму руку тем людям, которые сняли эту тему и реализовали ее в игрушке. Думаю они сполна отразили идею зоны. :-) С нетерпением буду ждать голливудскую экранизацию. Надеюсь что экшена в ней будет поболе, чем в фильме Тарковского.

m_key, посмотрел фильм, поиграл в игру... Ничего общего со стругацкой зоной не нашёл у разработчиков игры... В игре зона представлена статичным "куском анамалии"... а в фильме - Зона, с большой буквы, Зона как живое существо...

Цитата:

Сообщение от iva (Сообщение 39261)

Фильм "Сталкер" снят по книге Стругацких "Пикник на обочине".

Фильм и книга совершенно различается. и по-моему они были созданы в разное время.

Цитата:

Сообщение от Grom (Сообщение 149220)

они были созданы в разное время.

Дык, это и так понятно... Сначала книга, потом кино.

В фильме образ Сталкера (в сравнении хоть с игрой) вышел немного жалким... Он постоянно плачет и причитает и голос у него не того человека который привык рисковать жизнью...

Сталкер отличный фильм. Тарковский молодец. Ожидал что будет скучный и нудный, но в итоге оказался даже не затянутым) Стругацких не читал, но надеюсь еще прочитаю

З.Ы, абсолютно не понятно к чему сравнивать героя художественного фильма с героем игры-шутера? только изза названия?

Позавчера или вчера краем глаза видел интервью с Ярмольником, и там затронули «Трудно быть Богом». Так Ярмольник сказал что монтировать и озвучивать будут еще год-полтора, скорее всего. Еще он рассказал что его омуниция весила 30кг, а если кожа намокала... Что ему приходилось бегать по грязи в этом по грязи по щиколотку и падать плашмя с полетом. А еще он постригся налысо только для того чтобы режиссер посмотрел на него лысого и решил нужно ли это в финале фильма.

Добавлено через 23 часа 15 минут

Цитата:

Народ,ищу фильм Сталкер Андрея Тарковского
Фильм Сталкер о чудовищной технологической катастрофе на Чернобольской АЭС 1986г.
фильм очень старый снят в 1978 году.
если у кого есть киньте ссылку где мона его скачать,охота поглядеть!!!

Оффтоп

Оффтоп

Ну очень надеюсь, что не облажаются как с последней "версией". А то, столько лет снимали, потом я еще столько лет её искал и в конечном итоге такая кака оказалась...

pah, Вы о чем?

Мрачно, мрачно...

Но мне лично более всего интересно, кто и как сыграет барона Пампу.

iva, я об более ранней экранизации "Трудно быть богом" (а вы не в курсе??? ) Совместная постановка... конец восьмедесятых - середина девяностых. По моему первое упоминание (чуть ли не единственное) в журнале "Ровесник" то ли за 88 то ли за 89 год.

зы: неужели никто не смотрел???

http://ru.wikipedia.org/wiki/Трудно_...(фильм%2C_1989)

pah, я слышал... не точно не скажу, где, но не в журнале ровесник. а смотреть не хочется, особенно после сталкера...

pah, я слышала и даже смотрела этот фильм. С книгой общего только герои, а настроение совсем другое.

Спойлер

Момент, который испортил окончательно впечатление о фильме (и которого не было в книге): когда Румата выходит на очередную связь с Центром (то есть, с планетой Земля) и ему надо пройти мед.комиссю. Так вот, справляющий малую нужду Румата (для анализов и спиной к зрителям, естественно) вызвал, мягко говоря, негативные чувства. И после этого мне было уже все равно сколько приспешников Дона Рэба он убьет и будет ли жива Кира в этой версии фильма.
Экранизируя такие великие книги, надо максимально точно придерживать авторского текста и не нести отсебятины. Иначе, есть риск быть освистанным поклонниками книги, которые произведение знают наизусть.
Да и вряд ли "режиссерские находки" украсят фильм.

pah, Смотрел недавно этот фильм. Выскажу свое мнение. Фильм очень не понравился, особенно концовка. Хотелось бы посмотреть новый фильм по "Трудно быть Богом", который должен выйти в этом году. Помню, что смотрел четыре фильма, если можно так выразиться, по их книгам: "Чародеи", "Сталкер", "Отель у погибшего альпиниста", ну и "Трудно быть Богом". Ни один фильм, честно говоря, меня не впечатлил, окромя "Чародеев" (правда авторы "понедельника" отказались от участия в действе написания сценария) - получилась просто хорошая новогодняя сказка. Наверное потому, что все "исходники" были до этого прочитаны (и не по одному разу). Мне кажется, что снимать фильмы по книгам Стругацких это полнейшее безумие.

Цитата:

Сообщение от waster2007 (Сообщение 189689)

"Чародеи"

От книги Стругацких в фильме почти ничего не осталось. Переврали как могли. Поэтому "ПНвС" и "Чародеи", имхо, два самостоятельных произведения.

Никаких новостей по германовскому "ТББ" нету?

Паганэль, год-полтора будет длиться монтаж и прочее доведение до ума.

iva, уже меньше..может пол года-год..хотя ка я понял Герман простите говна не делает...поэтому это может затянуться ещё на года 2...

Вообще там сравнивали Книгу, фильм и игру...
сообствено 3 разных вещи...как первоисточник естественно книга, а остальное просто выдумка...

m_key, у тупых американцев экшена может и будет побольше, но лишь потому, что польшей части американского населения не понять того, что Стругацкие хотели передать...извини, но если нужен экшн, то смотри терминатора....

Книга и фильм...
Одинаковые просто названия...
В книге..Рэд здоровый, резкий, вспыльчивый, бухающий сталкер...
В фильме..пластилин...не внятный разговор и зашуганая внешность...

игра...честно говоря затягивает только на неделю...потом просто надоело..

Проводя параллели между Книгой, фильмом и игрой могу сказать точно...тут Книга без приувеличения лучше игры и фильма вместе взятых...

наши снимали по Стругацким фильм про мокрициев ,не помню как называется , может кто знает

Цитата:

Сообщение от никит (Сообщение 201407)

наши снимали по Стругацким фильм про мокрициев ,не помню как называется , может кто знает

Гадкие Лебеди...отличное кино) странно что до этого вроде бы никто не упоминал

Дмитрий БЫКОВ
Алексей Герман показал на «Ленфильме» узкому кругу гостей фактически законченный фильм «Трудно быть богом», который сейчас озвучивается и при благоприятном стечении обстоятельств выйдет на экран в конце этого года

Вложение 58099

Спойлер

Цитата:

Меня трудно упрекнуть в излишней восторженности, я никогда не был фанатом Германа, хотя считаю его выдающимся мастером. И тем радостней признать, что я присутствовал при великом кинособытии. Этот фильм, кажется,—самый ценный итог российской истории последнего десятилетия. С ним можно спорить (и будут спорить), но первая зрительская эмоция — счастье: «Это было при нас». Та же радость, с которой Твардовский, только что прочитав первый роман Солженицына, говорил Трифонову, торжественно поднимая палец: «Это велико!»

Возможны вещи, сделанные по самому строгому счету, с абсолютной бескомпромиссностью, железной рукой художника, твердо знающего, как надо. Возможны предельно серьезные высказывания о главном, жестокие и храбрые. Герман сделал фильм, точно следующий роману Стругацких в главных сюжетных коллизиях, предельно внятный (особенно для тех, кто хорошо помнит книгу), цельный, страшный и увлекательный. Надо будет очень постараться, чтобы провалить это кино в прокате. Думаю, оно обречено не только на фестивальный, но и на зрительский успех—не всеобщий, конечно, но те, кто думает о прошлом и будущем плюс внимательно читал первоисточник, составляют немалый процент населения. Реплики, сочиненные режиссером и его женой Светланой Кармалитой, постоянным соавтором, наверняка разлетятся на поговорки. «То, что я с вами разговариваю, дон Рэба, еще не значит, что мы беседуем». «Ты умный книжник, ну и что? Я выучусь читать и тоже стану умным, а ты никогда не станешь бароном!». «Черные идут, ушей настрижем!»—это обязательно добавится к хрестоматийным цитатам вроде фразы «После серых приходят черные» или «Как вольно дышится в возрожденном Арканаре!». Герман сознательно ушел от хитовых фраз вроде «Почему бы одному благородному дону не получить розог от другого благородного дона?» и заглубил, спрятал ключевые диалоги вроде разговора Руматы с Будахом о том, что делать богу с людьми. Он все это заменил действием, пересказал на чистейшем, плотном и ясном киноязыке. Теперь видно, как все это было, — именно эту фразу сказала машинистка Томаса Манна, перепечатав «Иосифа и его братьев».

Об изобразительной, живописной стороне дела напишут еще много, обязательно упоминая Босха и Брейгеля-младшего, отдавая дань скрупулезности, с которой выстроен приземистый, грязный и роскошный, грубый и утонченный, кровавый, подлинно средневековый мир Арканара. Он продуман до деталей упряжи, до последней пуговицы, до мельчайшего ритуала при дворе. Сквозной прием, задающий неожиданную, ироническую и трогательную интонацию этой картине, — активное взаимодействие персонажей с камерой: после особенно грязного злодейства или вопиющей глупости арканарцы оглядываются на зрителя, виновато улыбаются или пожимают плечами. Постоянно оглядывается и Румата — словно апеллируя к тому настоящему Богу, за которого принимают его: ну что ж я могу? А что мне оставалось?

Герман, после просмотра:

— Этот прием я нашел, когда тебя еще не было на свете, — в «Проверке на дорогах». Помнишь, где пленные на барже? Вот они так же смотрят в камеру… Для этого фильма многое было придумано еще в 1968 году, когда я собирался снимать его впервые. Потом мне в Коктебель пришла телеграмма с «Ленфильма», чтобы я и думать об этом забыл — как раз наши только что вошли в Чехословакию. Я тогда не особенно огорчился, потому что в день получения этой телеграммы познакомился со Светкой.

А потом я в 1988 году узнал, что с этой экранизацией запускается некий Флейшман, и поехал к нему выяснять, почему и как он будет снимать мою давно задуманную картину. Увидел декорации — на первый взгляд роскошные. Флейшман сказал, что охотно отдаст мне фильм и даже будет рад: в процессе строительства декораций половину денег разворовали, и все получилось вдвое меньше задуманного. Я не стал в это ввязываться и предоставил снимать ему. А еще десять лет спустя я вдруг понял, что мне почти ничто не интересно, кроме перспективы целиком, с нуля, выстроить другой мир. «Хрусталева» я делал, чтобы объяснить себе и остальным психологию опущенной, изнасилованной страны. Почему это произошло и как с этим жить? А «Трудно быть богом» — это отчет о том, как я вместе со всеми проживал эти десять лет, как мы сами позвали серых и как они превратились в черных. Но это все довольно тривиально. Нетривиально — что мог бы сделать Румата и как он во всем этом виноват?

Румата в органичном, умном и горьком исполнении Ярмольника меньше всего похож на молодого, могучего, хоть и сомневающегося супермена Антона из повести Стругацких. Единственная относительная вольность, которую позволил себе режиссер, — это версия о том, что прогрессорам некуда возвращаться. Пока они осуществляли наблюдение и посильное улучшение нравов в Арканаре, на Земле случилась некая катастрофа, сделавшая их возвращение невозможным. И немудрено — ведь там, на Земле, коммунарский утопический мир, а крах этой утопии почти неизбежен. И вот они, земляне, навеки остаются в Арканаре, собираются в Питанских болотах, у спивающегося гения—отца Кабани. «Мой умник синтезировал спирт, ура!» Один из землян, разжимая хитроумный капкан работы Кабани, защелкнувшийся у него на ноге, цедит сквозь зубы: «Летим, смотрим — крепости, замки… Ну, думаем, Ренессанс! Прилетели — замки есть, а Возрождения нет!» Под этими землянами можно понимать наших или западных либералов, можно — интеллигентов, а можно — вообще никого не понимать; но именно после фильма Германа начинаешь задумываться о главном парадоксе романа Стругацких. Эти земные боги получили то, что получили, главным образом потому, что не то несли. Сердце Руматы переполнено не жалостью, как говорит он Будаху, а брезгливостью и в лучшем случае снисходительностью. Кто с прогрессом к нам придет — от прогресса и погибнет. «Базовая теория», как деликатно называется в книге марксистская теория формаций, неверна уже потому, что фашизм был всегда, что он возможен и в Средневековье, что Черный Орден — вечный и неистребимый спутник человечества. Но не Румате, не коммунару и не прогрессору бороться с Орденом. Получается, что у Бога на Земле только один выбор — сознательно принести себя в жертву; это тот самый сюжет «самоубийства Бога», который Борхес называл одним из основополагающих. Только так, только этой жертвой и можно посеять в людях хоть какие-то семена милосердия, сомнения и жалости. Но чтобы до этого додуматься — надо быть не Руматой. Или, по крайней мере, стать тем Руматой, которого мы увидим в последнем эпизоде, на заснеженном поле около избы Кабани, убитого в пьяной драке. Этот Румата, обритый наголо, пытается сорвать с раба колодки, а тот не дается, ему так удобнее; и тогда Румата ложится на телегу и начинает наигрывать на местной арканарской дудке саксофонную тему нечеловеческой красоты. Ею все и закончится.

А начнется долгим, тоже изумительно красивым зимним кадром, полным разнонаправленного движения, чуждой и непонятной жизни: лошадь везет повозку, чернеет дальний лес, открыта дверь в дом, горит огонь в очаге… И медленный авторский голос говорит: «Этот сон мне снится часто. Обычно сны не пахнут, но этот пахнет аммиаком. Я на планете, похожей на Землю, но младше на несколько сотен лет».

Затемнение. Спящий Румата. И тот же голос:

«А это не сон».

И ведь действительно.

Наверное, эту картину сравнят и с «Андреем Рублевым», по отношению к которому она недвусмысленно полемична. «Рублев» — жестокое кино по меркам шестидесятых, но до германовских кошмаров ему далеко. Это кошмары не натуралистические, а скорее сновидческие, клаустрофобные, из самых страшных догадок человека, привыкшего прикидывать эту средневековую судьбу на себя. Нет в германовской картине и того оправдания, которое весь этот ужас получал у Тарковского: нет искусства. В Арканаре даже песен не поют. Или Румата их попросту не слышит. Трудно быть богом где бы то ни было, но особенно трудно в мире, где бога нет; где от него ждут только зверств или помощи в зверствах. Как принести сюда хоть какую-то мораль — вопрос. Даже у возлюбленной Руматы, которую в фильме зовут Ари (а в романе Кирой), представления вполне средневековые, и поселившись у Руматы, она начинает бодро отстраивать его прислугу: ведь во чреве у нее потомок Бога! Кажется, единственный, кто здесь кого-то жалеет, — камера оператора Владимира Ильина, умершего незадолго до конца работы над фильмом (съемки заканчивал Юрий Клименко).

Герман снял свою лучшую картину, почти божественную по мощи и красоте. В ней есть то усталое, насмешливое милосердие, та перегоревшая боль, которой так не хватает земным богам. Если бы Румата реально вознамерился спасти Арканар — он мог бы снять такой эпос и показать его арканарцам. Велик шанс, что дон Рэба сорвал бы прокат и объявил фильм недостаточно рейтинговым, но в Арканаре, слава богу, не все зависит от серых и черных.

Источник

iva, вот здесь ещё отзывы первых счастливчиков, успевших посмотреть фильм.
Надеюсь, что уже в этом году в их рядах окажемся и мы.
А точной даты выхода фильма пока нет :(

Трудно быть богом
Фрагмент режиссерского сценария
Алексей Герман, Светлана Кармалита

Спойлер

Дон Румата Эсторский был тем, кого мы видели в конце смертоносной тропы. Та же белоснежная рубаха вместо кольчуги и полудоспехов. Тот же золотой толстый обруч с большим изумрудом над переносицей. Только лицо было другим, надменным до наглости. Он пожевывал травинку и в седле сидел неестественно прямо. Золотые ируканские гербы на сбруе дополняли картину. Румата развернул коня, завертелся, заскользил. Где-то позади раздался тяжелый шлепок, как неумелый прыгун нырнул, и там все взорвалось счастливыми криками.

Улица кончалась вместе с городом. На углу сидел на табуретке крикун с больным замотанным горлом. Рядом мальчик раб в пестрой колодке.

Крикун что-то простуженно сипел.

Мальчик раб бил в барабан и брякал колокольчиками.

Сумерки сгущались, поглощая свет. Вот у каменного колодца полуголый раб в медном ошейнике на цепи жует лепешку, задумавшись о чем-то. Дальше низкие кусты, болотца да одинокие гибнущие деревца. Румата так и ехал, уперев руку в бок, задрав подбородок и покусывая травинку. Впрочем, мы видим то часть лица, то бок, то перчатку, то короткие дразняще задранные мечи и нелепые в этом царстве железа и грязи белоснежные наколенные пуфы.

В канаве что-то хлюпнуло. Румата не обратил внимания. Потом из канавы, из гнилых, трепещущих от вечернего ветра кустов, вылез на дорогу маленький плотный горожанин в широкой шляпе, в бедном плаще, замаранном глиной, в мокрых штанах, с узелком под мышкой. Впрочем, шляпу горожанин, как только вылез, снял и, прокашлявшись, попросил довольно бодро:

— Разрешите мне бежать рядом с вами, благородный дон?!

— Изволь, можешь взяться за стремя.

Было тихо. Пролетели две птицы.

— Кто таков? — спросил Румата.

— …Жестянщик Киун… Иду из Арканара. Торговые дела.

Румата, как птица, наклонил голову к плечу.

Киун, или как его там звали, торчал из-за кожи седла, золотой герб на упряжи отсвечивал как раз ему на лысину, и эта лысина потела на глазах. Вот и капля потекла по полной трясущейся щеке.

Румата помахал рукой, отгоняя комаров.

— Ты книгочей с Жестяной улицы. Разница. Румата положил палец на совсем мокрую лысину.

— Бежишь из Арканара, собака?

— Бегу, — Киун отпустил стремя, зацепившись обшлагом за вертящуюся в виде колющей звезды шпору. Надо ж, чтоб так не повезло. Он попробовал избавиться от узелка, уронив его сначала на мокрый сапог, потом толкнув к канаве.

— Эй ты, подбери, что ты там бросил, и дай сюда… Ну?!

Киун отодрал рукав от проклятой шпоры, бесцельно похлопал себя ладонями по плащу, полез в канаву и протянул Румате узелок.

— Что здесь у тебя, книги, конечно?..

— Нет, — хрипло отвечает Киун, — всего одна. Моя книга, — он всхлипнул.

— Можешь взяться за стремя, — Румата тронул коня.

Все еще всхлипывая, Киун взялся за стремя и пошел рядом.

— Не хнычь. Я думал, ты шпион. А я их не люблю. И куда ты бежишь, книгочей?

— Попробую в Ирукан…

— Ты полагаешь, там лучше?

— Вряд ли там хуже.

Дорога повернула.

Поперек высокие костры, какие-то рогатки. У коновязи оседланные лошади. На ступеньках сторожевой будки спит прыщавый серый солдат, рукоять топора оттянула ему лицо набок. Поодаль двое других в драных кожаных фартуках возятся с тушами собак, подвешенных к дереву.

Румата все так же неторопливо ехал, глядя прямо перед собой. Киун, прячась за круп лошади, широко шагал рядом. Он по-прежнему был без шляпы. Лысина, щека и шея залиты потом.

Солдат, заметив всадника, засуетился и стал сдирать фартук.

— Эй, как вас там? Ты, благородный, бумаги предъяви.

— Я мог бы идти быстрее, — сказал Киун неестественно бодрым голосом.

— Вздор, — сказал Румата.

Они уже проехали рогатки, впереди опять унылые кусты, развилка и пустая дорога. Сзади стучат копыта. Румата развернул коня, двое серых скакали по прямой, двое обходили через болота и кусты.

— Пьяное мужичье, — Румата сплюнул. — Неужели тебе никогда не хочется подраться, Киун?

— Нет, — говорит Киун, — мне никогда не хочется драться.

Два всадника, которые скакали по прямой, разом остановились, крутясь на месте, копыта выбрасывали грязь.

— Эй ты, благородный, а ну предъяви подорожную…

— Хамье, — стеклянным голосом сказал Румата, — вы же неграмотные… — он потянулся, будто расправляя лопатки, и подал жеребца вперед, выехав из тени большого дерева, — и кто разрешил смотреть мне в глаза…

Солдаты подняли топоры, попятились. Вдруг один ловко развернулся и, нахлестывая лошадь, поскакал назад. Другой все пятился, опустив топор.

— Это, значит, что же? Это, значит, благородный дон Румата? — теперь он ехал боком.

Из двух солдат, заходящих сзади, один тоже успел развернуть лошадь и уже скакал большим кругом обратно. Когда серый пролетал мимо Руматы, Румата в него харкнул.

Другого неладная вынесла на дорогу.

— Служба такая, благородный дон, — он был почти мальчишка, — оттуда книгочеи бегут, там Арата с мужиками рудник поджег, — и вдруг провел пальцем по открытому рту, завизжал пронзительно и, настегивая лошадь, белым призраком пролетел мимо Руматы. Теперь на дороге Румата был один.

— Киун, — крикнул он, — эй, Киун.

Никто не отозвался. Только трещали и колыхались кусты там, где Киун пробирался напролом. Румата засмеялся и тронул лошадь.

Кончик длинного прута неярко тлел в темноте. Искусство ночной езды по Икающему лесу состояло из многого, в том числе и из того, чтобы горящий кончик не отвалился. Румата медленно опустил руку и коснулся полупотухшим огоньком черной в ряске болотины. Болотина засветилась, огонь побежал в глубину и вширь, осветил голову лошади, белый рукав, а потом всего Румату, въехавшего в этот свет и в этот лес с горящей стоячей водой.

Огонь был недолог, покуда выгорал газ с поверхности. Постепенно лошадь, и Румата, и белая его рубашка, и прут с тлеющим наконечником опять стали погружаться во тьму, и когда наконец тьма их уничтожила, повторилось то же — легкий полет огонька — кончика длинной ветки, треск, похожий на икоту, и поспешный бег огня над водой. Лошадь сделала два шага и резко встала, так что Румату качнуло. У толстого дерева, привалясь к стволу спиной, сидел человек и, приоткрыв рот, смотрел на Румату. Ноги человека были вытянуты и перекрывали тропинку, отраженные огоньки бегали по наколенникам и отражались в глазницах. Конь переступил, задев, видно, какой-то корень, человек шевельнулся, из полуоткрытого рта его поспешно выскочил и пошевелил усами небольшой черный жучок. Человек посидел недолго и упал на живот, в спине торчала длинная толстая стрела. Он был при кольчуге и каске, только коня не было.

Румата посвистел и почмокал губами, медленно погружаясь в икающую темноту, тронул коня. Каска с убитого упала, и конь проскрежетал по ней копытом.

Где-то в высоте в ветвях садились тяжелые птицы, ожидая еды. Румата пожал плечами, поджег болотину и, выставив впереди морды коня меч, потрусил быстрей.

Огонь и ветки сплетали на кхмерской стали меча и защитной пластине на лбу коня странные полутени.

Очень надеюсь, что фильм будет шедевром. Иначе не было смысла столько лет его снимать.

Интервью с исполнителем главной роли Леонидом Ярмольником в программе "Кино в деталях".
Материал не "сегодняшний", но возможно кто-то ещё не видел.
В ролике есть рабочие моменты фильма :) .

YouTube

Я недавно посмотрел Гадкие лебеди фильм оставил непонятное ощущение, до книги всё не было времени, но завтра всё-таки возьмусь и прочту.

Спойлер

Неужели только я и post видели сей фильм
:blink: :quest: